Наталья Петровна вернулась домой и, едва открыв дверь квартиры, застыла на месте: на пороге стояла её дочь Светлана, заплаканная и растерянная.
— Света, что случилось? — испуганно спросила мать.
— Мама… свадьбы не будет! Родители Романа запретили ему встречаться со мной… — сквозь слёзы выговорила девушка.
Наталья Петровна тяжело вздохнула, но тут же постаралась взять себя в руки. Она притянула дочь к себе и тихо сказала:
— Родная, не стоит он твоих слёз. Если бы любил по-настоящему, он бы тебя защитил. А если промолчал — значит, не сумел быть рядом, когда это было нужно.
Светлана всхлипывала и никак не могла успокоиться.
— Мама, почему мы такие бедные? — с отчаянием спросила она. — Может, если бы у нас было больше денег, всё сложилось бы иначе?
— Мы не бедные, — мягко возразила Наталья Петровна. — У нас есть дом, пусть и небольшой. У меня есть работа, я честно зарабатываю. Мы жили скромно, но достойно. А когда ты начнёшь работать, станет ещё легче. Деньги не должны решать, кто достоин любви, а кто нет.
Эти слова прозвучали уверенно, но в душе Натальи Петровны поднялась старая, почти забытая боль. Когда-то она сама пережила нечто подобное. После университета её любимый человек познакомил её со своими родителями, и те быстро дали понять: провинциальная девушка — не та партия, которую они хотели бы для сына.
Тогда Наталья уехала домой, не став спорить и унижаться. А вскоре узнала, что ждёт ребёнка. Она родила дочь, но не стала искать встречи с отцом Светланы, убеждая себя, что так будет правильнее. Так они с дочерью и остались вдвоём, строя жизнь без чьей-либо помощи.
Прошло время, и Светлана всё же решилась разорвать отношения с Романом. Ей было больно, но она не хотела жить в ожидании чьего-то одобрения.
Вскоре судьба отвела ей новое место — хорошую должность в крупной компании. Работа оказалась интересной, коллектив — дружелюбным, а сама Светлана быстро освоилась. Но однажды в офисе появился новый руководитель.
Максиму Алексеевичу было около пятидесяти. Высокий, ухоженный, с приятной, располагающей внешностью, он сразу привлёк внимание сотрудников. Однако именно на Светлану он посмотрел особенно внимательно, чем смутил девушку.
На следующий день он неожиданно вызвал её в кабинет. Коллеги тут же начали шептаться:
- «Похоже, ты ему понравилась»;
- «Смотри, не упусти шанс!»;
- «Да он же явно тобой интересуется».
Светлана только отмахивалась, но в глубине души ей и правда было приятно это внимание.
В кабинете Максим Алексеевич долго молчал, словно что-то сравнивал в памяти, а потом начал задавать странные вопросы: где она живёт, с кем, как зовут её мать, сколько лет Светлане, когда у неё день рождения. Девушка не понимала, к чему всё это.
А когда директор неожиданно предложил заехать к её маме во время обеденного перерыва, Светлана окончательно растерялась.
До неё уже доходили слухи, что Максим Алексеевич недавно развёлся. Смущённая, но взволнованная, она позвонила домой.
— Мама, ты дома?
— Конечно, я же в отпуске, — ответила Наталья Петровна.
— Никуда не уходи. Наш новый директор хочет с тобой познакомиться!
— Зачем? — удивилась мать.
— Я сама не понимаю… Кажется, он мной заинтересовался. Может, даже собирается сделать предложение. Такие люди ведь иногда действуют очень быстро…
— Света! Что ты говоришь? — возмутилась Наталья Петровна. — Он тебе почти в отцы годится!
— Ну и что… — задумчиво протянула дочь. — Но было бы приятно, если бы Роман увидел и пожалел.
— Забудь о нём. Замуж выходят по любви, а не назло кому-то, — твёрдо сказала мать.
Светлана согласилась и пообещала ждать дома. Через некоторое время директор сам сел за руль и повёз её к их квартире. Когда машина остановилась у знакомого подъезда, на его лице читалось заметное волнение.
— Мама, мы приехали! У нас гости! — позвала Светлана, входя в квартиру.
Через мгновение в прихожую вышла Наталья Петровна. И, увидев мужчину, она словно окаменела.
— Боже… этого не может быть… Максим… это ты?..
Мгновение растянулось в тишину, где смешались удивление, память и давняя незажившая боль. Похоже, прошлое вернулось в их дом не случайно. И именно эта встреча должна была изменить всё.
